Концерн «BigGuns Photos»

Фотография, как способ проникновения в тайну.

Научная деятельность ученого-прикладника очень тесно связана с фотографией, потому что все новые исследования требуют неопровержимых доказательств, а в нашем случае, одним из основных доказательств являются аналоговые фотографии, сделанные в самых разных уголках мира.
В научных экспедициях, которые мы регулярно проводим уже более пяти лет, мы исследуем власть людей на земле в разные периоды истории, а также механизмы, с помощью которых эти люди приходили к власти. В качестве доказательств могут быть памятники архитектуры, древние монументы, храмы, старинное оружие, архивные документы и многое другое.

 

В связи с этим, необходимо, чтобы фотографии были высокого качества и ни у кого не вызывали вопросов подлинности. Вернуться в то же самое место, преодолев несколько тысяч километров не всегда есть возможность, а значит мои доказательства должны быть неопровержимыми. Поэтому во всех зарубежных научных экспедициях я использую аналоговые камеры, когда речь идет об исследованиях и новых открытиях. Аналоговые фотографии, в отличии от цифровых, подделать практически невозможно, а значит этот материал я смело могу использовать в научных статьях, книгах и других информационных продуктах.

Учитывая то, что исследования и экспедиции бывают разноплановые, нам необходимо иметь большой выбор разных камер. Для того, чтобы выбрать самые надежные и подходящие, иногда приходится приобретать и тестировать еще больше камер, чем нам может понадобиться, но это неотъемлемая часть нашей работы. К сожалению, мы не можем использовать одну или две камеры для всех задач, которые перед нами стоят.

 

Экспедиционный корпус работает в совершенно разных условиях, и чаще всего в очень сложных условиях. Например средневековые храмы, как правило слабо освещены, но при этом насыщены мелкими деталями, которые могут быть крайне важны для исследования. Так же нам приходится работать в открытом море, под дождем, при тумане и при очень ярком свете. Иногда нужны широкие углы, иногда очень длинные углы и т.д. Мы не можем использовать какую-то большую среднеформатную камеру с ручными настройками и дальномером в условиях, где нет возможности думать о фотографии, но она при этом очень нужна.
Например в африканской экспедиции, в определенных районах Кейптауна, когда вокруг нас находилось немалое количество преступников, мы были вынуждены думать о своей безопасности в большей степени, чем о выдержке и диафрагме. Или например в Генуе мы однажды попали в ситуацию, когда оказались на волоске от ограбления и нападения на нас, при этом, нам было нужно сделать фотографии именно там, в рамках наших исследований.

 

В наших поездках с каждым годом мы наблюдаем, что пленочная фотография восстанавливается и даже перерождается. Это можно видеть по количеству людей с пленочными камерами, которых мы встречаем в разных странах, а также магазины и лаборатории, которые можно найти практически во всех крупных городах Европы. Люди потихоньку начинают возвращаться к пленке, потому что цифра, по сути достигла своего пика, где фотографы уже начинают повторять одно и то же.
Кроме того, качество цифровой фотографии не соответствует пленочной, в случае динамического диапазона и разрешения, особенно когда мы говорим о среднем и крупном форматах. Я бы сказал, что с цифровой фотографией люди потеряли огромный оптический потенциал, который есть у пленочной фотографии.
Мы разговаривали со многими фотографами, снимающими уже более 40-50 лет, и даже те, кто сегодня предпочитает цифровые камеры говорят, что без той практики и базы, которую им дала пленка в свое время, они безусловно не смогли бы добиться тех результатов, которые имеют. Это огромный обучающий пласт знаний для человека, который ставит правильные навыки, подход и тактику фотографирования, а также двигательные, которые будут нужны человеку в будущем в течении всей профессиональной жизни.

Опираясь на всю нашу практику и знания о фотографии, полученные в ходе научных исследований и экспедиций, мы решили создать свой собственный уникальный способ продвижения и развития аналоговой фотографии. Поэтому, в июне 2018 года, я со своими воспитанниками, художником и фотографом Алексеем Самсоновым, а также журналисткой и фотографом Екатериной Сидоровой основал концерн «BigGuns Photos».

 

Для нас фотоаппарат — это та вещь, которая объясняет нам, как добиваться результатов. Люди фотографируют и, как правило продают свои фотографии, чтобы зарабатывать деньги. Мы этого не делаем. Для нас фотография — это нечто другое. Наши фотографии — это своего рода инсайт, прозрение. После каждой фотографии я понимаю то, что не понимал до этого.

Мы могли бы сказать, что наша фотография носит эвристический характер, вместо художественного, то есть она познавательная, это некая модель ума. Фотоаппарат для нас — это инструмент проникновения в тайну. В этом и есть наша уникальность. С каждой фотографией мы становимся все умнее и умнее. В то время, как у многих людей, если не у большинства, фотография — это всего лишь механизм выражения себя.
Мы себя не выражаем через фотографию. Наши фотографии — это результат мастерства, а не самовыражения. Например для Анри Картье-Брессона фотография была неким эталон, кадром вырванным из жизни. Это был решающий момент.

Для нас ключевым элементом в фотографии является сила. Неважно, какую фотографию вы сделали, важно то, как она действует на человека, важна ее сила воздействия. Это наша ключевая концепция.
Если ваша фотография никак не действует на человека, который на нее смотрит, значит вы сделали плохой снимок. Если фотография не заставила задуматься, остановиться, пересмотреть свои убеждения, подумать о своей жизни, судьбе, не заставила позавидовать, не тронула вас никак и не поменяла вас никак, значит вы сделали плохую фотографию. Но если фотография поменяла вас, значит она поменяет и других людей.

Прежде всего фотография должна научить чему-то вас, а потом и других людей. Но если фотография не научила ничему вас, то она точно не научит никого другого.

До скорых встреч, с уважением Олег Мальцев.